Как Азербайджан Потерял Зангезур

После оккупации в апреле 1920 года Северного Азербайджана ХI Красной Армией захватившие власть азербайджанские большевики получили в наследство от свергнутого правительства Азербайджанской Республики проблему территориального конфликта с дашнакской Арменией. В конце апреля-начале мая того же года стороны обменялись несколькими ультимативными по содержанию нотами, в которых пытались всячески обосновать свои права на Карабах и Зангезур. В отличие от Армении, «угрозы» азербайджанских коммунистов не могли иметь серьезных последствий, так как, не располагая уже собственными вооруженными силами, Баку вынужден был в решении важнейшего для него вопроса – восстановления целостности республики – полагаться только на советскую Россию.

Ключевую роль в формировании позиции советской России по армяно-азербайджанскому территориальному конфликту играл секретарь Кавказского бюро РКП(б) Г.Орджоникидзе, на которого в июне 1920 года председателем Совнаркома В.Лениным было возложено руководство внутренней и внешней политикой советского Азербайджана. Таким образом, фактически азербайджанское правительство во главе с Н.Наримановым было отстранено от непосредственного участия в переговорах с Арменией. В ходе активной переписки в июне–июле 1920 года между Г.Орджоникидзе и наркомом иностранных дел РСФСР Г.Чичериным была определена ближайшая стратегия Москвы в вопросе урегулирования армяно-азербайджанского территориального конфликта.

В телеграммах, отправляемых в Москву, Орджоникидзе выражал твердую уверенность в необходимости сохранения контроля Баку над Карабахом и Зангезуром, хотя бы и в форме армянской автономии . В ответных телеграммах Г.Чичерина столь настойчивая позиция Г.Орджоникидзе вызывала некоторые опасения и даже подозрения в поощрении им национализма азербайджанских коммунистов. Чичерин считал, что было бы роковой ошибкой односторонняя ставка на советский, но все же мусульманский Азербайджан.

Рассматривая региональную ситуацию в более долгосрочной перспективе и учитывая, что предстоит решение целого комплекса сложных территориальных и политических вопросов с соседней Турцией, Чичерин не хотел далеко отпускать Армению и выступал за проведение в отношении её компромиссного курса. По его мнению, все спорные между Арменией и Азербайджаном местности должны быть заняты российскими войсками с подчинением их российской оккупационной власти вплоть до наступления более благоприятной политической конъюнктуры, когда удастся найти удовлетворительное для всех решение. Позиция Чичерина стала определяющей в дальнейших дипломатических шагах Кремля, которые дополнялись армейскими операциями в Карабахе и Зангезуре.

После советизации  Азербайджана большевики ликвидировали Карабахское генерал-губернаторство, создав в мае 1920 года Карабахский ревком, полномочия которого распространялись в пределах границ бывшего губернаторства. Однако Карабахский ревком фактически не контролировал армянскую часть Зангезура, где крепко засели отряды Дро (Драстамат Канаян), а позже Нжде (Гарегин Нжде). В мусульманской же части уезда власть была разделена между большевистским ревкомом и Султан беком Султановым, братом бывшего генерал-губернатора Хосрова Султанова, который со своими отрядами вел борьбу против армянских банд. В военных донесениях Красной армии о С.Султанове сообщалось, что «он чтим среди мусульман как вождь своего народа за отзывчивость к беднейшему классу, преданность своему народу и умелое руководство вооруженными отрядами, предотвратившими вторжение в пределы Зангезура отрядов Андраника, Амазаспа и Дро».

Тем не менее, у большевиков по отношению к братьям Султановым партийно-классовый принцип возобладал над государственным. Решением Политбюро и Оргбюро АКП(б) от 18 сентября 1920 г. Реввоенсовету ХI Красной Армии было поручено «ликвидировать Султанова и его банду». Немалую роль в принятие этого решения сыграли как дашнакское правительство Армении, так и большевики-армяне в Карабахе, которые в телеграммах в Баку всячески порочили братьев Султановых, обвиняя их «в службе мусавату» и «резне армян».

Тем временем к началу августа 1920 года в результате военных операций Красной армии отряды Дро были вытеснены из Зангезура в Даралагез, а силы Нжде скопились на севере Ордубадского уезда. С другой стороны, вступление в конце июля 1920 года Красной Армии в Нахчыван дало Москве основание закрепить эти успехи реальными дипломатическими шагами. 10 августа 1920 года в Эривани между советской Россией и дашнакской Арменией был заключен договор, юридически закрепивший присутствие советских войск на спорных территориях. Начиная с этого момента, вопрос о дальнейшей судьбе Зангезура вступил в решающую фазу.

Будучи хорошо информирован обо всех нюансах внешней политики Армении, Кремль трезво оценивал перспективы союза с этой республикой, которая продолжала сотрудничать с Антантой. В большевистском правительстве постепенно возобладал скепсис относительно возможности путем территориального умиротворения Армении добиться изменения её стратегических ориентиров в пользу России. С другой стороны, российскую дипломатию серьезно обеспокоило быстрое наступление турецких войск в ходе спровоцированного в конце сентября 1920 года Арменией военного конфликта с кемалистским правительством. Прежде всего, Кремль опасался, что разгром Армении может усилить турецкое влияние не только в буржуазных Армении и Грузии, но и в политически родственном ему, а этнически – Турции Азербайджане. Вместе с тем большевистское руководство понимало, что его попытки остановить турецкое наступление вступали в противоречие с интересами стратегического союза с кемалистской Турцией против Антанты. В этой ситуации Россия взяла курс на ускорение процесса советизации Армении.

С этой целью в начале ноября 1920 года большевистское руководство устами И.Сталина сделало в Баку ряд громких заявлений о дальнейшей судьбе Зангезура и Нахчывана. Суть их выражалась в намерении передать эти территории советской Армении. Вклинившись и создав таким образом армянский буфер между Азербайджаном и Турцией, Москва стремилась лишить их в будущем непосредственных границ.

Реальное осуществление этого плана началось вслед за советизацией Армении в конце ноября 1920 года. Решением Политбюро и Оргбюро ЦК АКП(б) от 30 ноября и согласно декларации Баксовета от 1 декабря 1920 г. Зангезур и Нахчыван подлежали передаче советской Армении. Это решение закреплялось 3-м пунктом договора между РСФСР и Армянской ССР от 2 декабря 1920 г., согласно которому за Арменией признавались все территории Эриванской губернии, в т.ч. Нахчыван, а также Зангезурский уезд. Но в отношении Нахчывана, который находился в это время под контролем турецких войск, большевикам вскоре пришлось пойти на уступки и по Московскому советско-турецкому договору от 16 марта 1921 года признать его частью территории Азербайджана. Да и вопрос о Зангезуре пришлось отложить до лета 1921 года в связи с новой активизацией отрядов Нжде, который 25 декабря 1920 года провозгласил создание в этом регионе «автономной Сюникской республики», а 27 апреля 1921 года переименовал ее в «республику Нагорной Армении». После советизации Грузии в конце февраля и восстановления власти большевиков в Эривани в начале апреля 1921 года Зангезур фактически оставался единственным антисоветским островком на Южном Кавказе.

Решение об окончательной ликвидации зангезурской группировки Нжде было принято на заседании Кавбюро ЦК РКП(б) 3 июня 1921 года.  Любопытно, что в секретном приложении к протоколу заседания, состоявшем из 7 пунктов, 6 пунктов относились к Зангезуру, а один, 5-й пункт – к Нагорному Карабаху. Позже выяснилось, что этот единственный пункт стал фактически ключевым в решение вопроса о Зангезуре. В нем содержалось поручение правительству советской Армении указать в своей декларации принадлежность этой республике Нагорного Карабаха. Целью были: а) нейтрализация дашнакской пропаганды, обвинявшей армянских большевиков в неспособности сохранить целостность армянских земель; б) моральная и политическая поддержка вернувшихся к власти в Армении коммунистов и содействие ликвидации зангезурской группировки генерала Нжде.

12 июня 1921 года Совет народных комиссаров Армянской ССР издал декрет о присоединении нагорной части Карабаха. В конце июня Реввоенсовет Кавказского фронта принял решение начать в четырех направлениях наступление на Зангезур с целью окончательного уничтожения отрядов Нжде. В сообщении штаба Кавказского фронта от 16 июля 1921 года говорится о полном освобождении Зангезура. Тем самым завершился процесс присоединения западного, или верхнего Зангезура к Армении. Здесь нужно обратить внимание на тот факт, что если по решению Политбюро и Оргбюро ЦК АКП(б) от 30 ноября и декларации Баксовета от 1 декабря 1920 г. весь Зангезурский уезд подлежал передаче советской Армении, то в конечном итоге в июле 1921 года к ней была присоединена лишь западная часть уезда, где в основном и жили армяне, т.е. уезд был разделен по этническому признаку.

Итак, среди основных причин передачи, а точнее – оккупации западной части Зангезура Арменией были: а) военная агрессия дашнакской Армении, поддержанная местными армянскими сепаратистами в Карабахе и Зангезуре; б) политическое давление на азербайджанское большевистское руководство со стороны советской России; в) сосредоточение реальной власти в советском Азербайджане в руках эмиссаров из Кремля во главе с Г.Орджоникидзе.

Когда в сентябре-октябре 1921 г. находившиеся в Баку представители Москвы под видом чистки партии от «национал-уклонистов» стали обвинять Нариманова и его сторонников в национализме, тот не выдержал: «Если бы в Азербайджане большинство мусульман-коммунистов было бы националистически настроено, то, поверьте, Армения не получила бы Зангезура». Подобные мысли были высказаны Наримановым и в его телеграммах Ленину: «В пользу Армении Азербайджан отказался от своей территории, в то время как по политическим соображениям нельзя было этого делать».

Передача части Зангезура Армении окончательно изолировала Нахчыван от остальной части Азербайджана. Железная дорога, связывающая Нахчыван с Баку, оказалась на значительном протяжении под контролем Армении, которая в то же время получила непосредственную границу с Ираном. Помимо этого, оккупация западного Зангезура Арменией привела к значительному сужению границы Азербайджана с Турцией. Эта политика была направлена на разрушение единого тюркского пояса в масштабе евроазиатского региона.

Наконец, отторжение части Зангезура от Азербайджана послужило отправной точкой реализации армянского плана по захвату новых азербайджанских земель. В ходе нового этапа военной агрессии Армении против Азербайджана в период 1988-1994 гг. завершилась оккупация бывшего Зангезурского уезда (Лачын-Зангилан-Губадлы). Зангезур остался незаживающей раной не только на географических картах, глубоко врезавшись вглубь Азербайджана, разрезав его, но и в душах азербайджанцев.

№ 1 (61), 2013
ИЗ ПРОТОКОЛА № 6 ВЕЧЕРНЕГО ЗАСЕДАНИЯ
ПЛЕНУМА КАВБЮРО ЦК РКП(б)
(3 июня 1921 г.)

Присутствовали: члены Кавбюро т.т. Орджоникидзе, Махарадзе, Нариманов, Мясников, Орахелашвили, Назаретян, Фигатнер, кандидат Кавбюро Каминский, член ЦК Грузии Элиава, Контрольная комиссия ЦК.
Председатель т. Орджоникидзе.

Секретарь т. Фигатнер.

… Слушали: 2. Зангезурский вопрос.

Постановили: 2. См. приложение к протоколу.

Подлинный за надлежащими подписями.

С подлинным верно: врид Управдел.
Печать Кавказского бюро ЦК РКП(б).

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА КАВБЮРО
ЦК РКП(б) ПО ЗАНГЕЗУРСКОМУ ВОПРОСУ

[Приложение к протоколу № 6]

(не позднее 3 июня 1921 г.)

Пометы: «Сов. секретно», «т. Махарадзе»

1. Зангезур ликвидировать в конце июня.
2. Немедленно приступить к подготовке военных действий.
3. Одновременно с подготовкой правительству Армении отправить свою декларацию в Зангезур в ответ на заявление представителей Зангезурского правительства.
4. Вместе с отправкой декларации принять меры к немедленному занятию Мегри.
5. Указать в декларации Армянского правительства о принадлежности Нагорного Карабаха Армении.
6. В промежуток между предъявлением декларации и началом военных действий Грузинскому и Азербайджанскому правительствам послать своих представителей в Зангезур для посредничества.
7. Ликвидировать одновременно с Зангезуром и Курдистан.

Секретарь Фигатнер

Ильгар НИФТАЛИЕВ,

доктор философии по истории

Журнал «Irs/Наследие», № 1 (61), 2013, стр.20-23

Alət çubuğuna keç